Сказки народов мира

Закажи книгу, где твой ребёнок будет главным героем!

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Учитель Чинджа

Двадцать четвертый государь Чинхын был из рода Ким. Звали его Саммэкчхон, иные пишут — Симмрнчхон. Он стал государем в год «обезьяны», на шестом году лянской эры «Датун»— Великое согласие. Прилежно помня заветы Попхына, старшего дяди своего по отцу, государь всем сердцем отдался учению Будды. Он строил повсеместно монастыри и не противился, когда люди уходили в монахи. Одаренный небом высшей простотою мыслей и тонкостью чувств, Чинхын почитал и небожителей-сяней. Он также велел привезти отовсюду наилучших юных красавиц знатного рода, приблизил их к себе и нарек «вонхва»—«истинными цветами». Привлекал он юношей, отбирал самых даровитых в ученики. Он наставлял их в почтении к родителям, ува­жении к старшим братьям, великим началом правления страной. Наконец, избрал он двух юных красавиц — Наммо и Кёджон — и окружил их тремя, а то и четырьмя сотнями учеников. Но Кёдяюн не пожелала терпеть соперничества Наммо. Однажды она уставила перед нею стол и ином и всяческой снедью, напоила ее допьяна, положила на плечи и потихоньку отнесла на средину Северной реки. Там Кёджон отвалила камни со дна, лакопала Наммо и вновь навалила камни. Ученики Паммо, в безвестности, куда она исчезла, бродили, обливаясь горестными слезами. Был, однако, один человек, который знал о злодействе Кёджон. Он сложил песню, научил детей ее петь, и те принялись распевать ее на улицах и в переулках. Ученики заслышали песню и, отыскавши в реке тело Наммо, расправились с Кёджон. Государь упразднил нонхва указом. Но через несколько лет он вновь обратился к учению «ветра и луны», таинственному учению о тонком совершенстве душевных помыслов, ибо ревновал о процветании государства. Он издал указ, повелевающий избирать юношей знатных родов, отличных деяниями и высоким строем души. Их стали называть хваранами — юношами-цветами. Первым куксоном, то есть старшим хвараном среди шношей-цветов, стал некто Сорвон. Во славу этих собыытий установили памятный камень в Мёнджу. С тех пор и начали ненавидеть зло и любить добро, верхние сделались почтительны, нижние — послушны. А во времена следующего государя, Чинджи, и монастыре Хыншонса подвизался монах по имени Чпиджа. Он то и знай подходил к алтарю и перед изображением Майтрейи, Будды Грядущего, произносил «изречение пожеланий» и слово обета: — Да воплотится Великий святой в хварана, да явится он в мир. А я обещаю прилежать совершенному облику его, исполнять все веления Святого и заботиться о нем. Молитва Чинджа день ото дня становилась все проникновенней, помыслы все чище и бескорыстней. И однажды вечером явился ему во сне некий монах и говорит: — Иди в монастырь Сувонса, что в Унчхоне, там увидишь Майтрейю-хварана. Чинджа проснулся от радости и изумления. Он пошел в монастырь. Шел он десять дней, и после каждого шага отбивал поклон. Так он добрался до того монастыря.

Продолжение »