Сказки народов мира

Закажи книгу, где твой ребёнок будет главным героем!

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Чинсон и лучник

С самого начала правления пятьдесят первой государыни Чипсов истинной властью обладали кормилица ее госпожа Пухо вместе со своим мужем чапканом Вихоном. Воры и разбойники роились повсюду, как осы. Тревога объяла людей государства, они складывали заклипания-дхарапи, записывали их и бросали на дорогах. Прочтя одно из дхарани, государыня и ее чиновники рассудили: — Это рука Ван Коина, чья же еще?! И они заключили Ван Коина в темницу. Там он сложил стихотворение ши, в котором воззвал к милости Неба. И Небо тогда ударило молнией в темницу и освободило Ван Коина. Вот что говорилось в стихотворении: «Яньский Дань восплакал— радуга вмиг к солнцу взошла, в синеву. Цзоу Янь восстрадал — иней покрыл зеленеющую траву. Ныне дорога потеряна мной, мыслю о древних годах. Знаки благие волею Неба увижу ли наяву?» Дхарани гласило: «Праведный Будда! Ежели гибнет держава, Власть удержать по силам ли слабой монашке? Рассеченная надвое, но жива вопреки естеству, Шла монашка — обернулась в троих вельмож. А дикая утка криком кричит, разошлась вовсю». В правление этой государыни ее младший сын, Янпхэ по имени, отправлен был послом в страну Тан. И вот он узнал, что разбойники из Пэкче заго­родили морские пути у прибрежья, и он взял с собой пятьдесят искуснейших лучников. Но едва достиг корабль Лебяжьего острова, налетела буря, и пришлось им пережидать ее не один десяток дней. В нетерпении князь Янпхэ обратился за советом к гадателю. Тот сказал: «На острове есть озеро. Принесите жертвы духу озера, и дело ваше уладится». Времени не теряя, приготовили дары и предали их воде. Озеро тотчас вскипело, вода поднялась на сажень с лишком. Затем неведомый старец явился князю во сне и промолвил: — Оставь на острове своего лучника, ветер и утихнет. Князь проснулся и спрашивает у своих спутников: кого оставить? Они говорят: — Напишите наши имена на деревянных дщицах, опустите дщицы в воду: чья утонет, тот и останется. Янпхэ сделал, как они сказали. А среди лучников был один, по имени Котхаджи. Его-то дщица и погрузилась в воду. И оставили его на острове. Задул попутный ветер, корабль быстро поплыл сво­им путем. А Котхаджи стоит на берегу, и тяжко у него на сердце. Неожиданно из вод озера вышел старец и, обратившись к нему, сказал: — Я старый дракон, дух Западного моря. С давних пор всякий раз, как встает солнце, спускается с неба какой-то монах, произносит дхарани и трижды обходит вокруг озера. Тогда все мы — жена, дети и внуки — всплываем наверх. Тут он хватает то дитя, то внука и пожирает их внутрен­ности. Теперь в живых остались я, жена и оцна. дочка. Нынешним утром он снова явится, Прошу вас, достойный муж, застрелите его. Котхаджи отвечал: — В стрельбе из лука я мастер. Извольте лишь приказать. Старец поблагодарил стрелками погрузился в воду. А Котхаджи, притаившись в засаде, стал ждать. И в самом деле, едва рассвело, явился монах, произнес дхарани, и дальше все было, как говорил ста­рый дракон. Но только монах изготовился вырвать у старого дракона печень, Котхаджи выстрелил. Монах оборотился в старого лиса, пал на землю и издох. Старец вышел из вод озера и, поблагодарив стрелка, сказал: — Вы спасли мне жизнь. Прошу, возьмите мою дочь в жены. Котхаджи ответил: — Вижу в этом милость, а не подарок. Я согласен. Старик превратил дочь в цветущую ветку, и вложил Котхаджи за пазуху. Затем он велел двум драконам доставить его на посольский корабль. Они же охраняли корабль, пока не достиг он Танскон страны. И люди Тан увидели корабль из Силла, не­сомый двумя драконами. Слух об этом дошел до императора. Он сказал: — Посланник Силла человек необычный. И он удостоил его места на пиру среди своих ближайших придворных, причем посадил его выше прочих и одарил золотом и шелками. Когда Котхаджи вернулся на родину, он достал цветущую ветку. Ветка превратилась в девушку, и они стали жить вместе.