Сказки народов мира

Закажи книгу, где твой ребёнок будет главным героем!

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Основатель страны Часон

В древних записях сказано: был когда-то Хвануп, сын Хванина (а Хванином звался у нас Индра, Повелитель Небес). И замыслил Хванун жить среди людей, и не раз хотел он опуститься с небес на землю. Узнал о его замысле Хванин и решил, что много пользы доставит Хванун людям. Он высмотрел на земле высокую гору о трех вершинах по имени Тхэбрк, вручил сыну три небесные печати и послал его управлять людьми. Спустился Хванун на самую высокую вершину Тхрбэка с трехтысячною дружиной — там, где священное древо — жертвенник духам. С тех самых пор и называют это место Обителью духов и величают Хвануна владыкой Небесным. Хванун повелевал духами Ветра, Дозкдя и Туч, указывал сроки всякому злаку, ведал людскими судьбами, исцелял хвори, отмерял наказанья, учил различать добро от зла. Словом, вершил он делами каждого из трехсот шестидесяти дней годовых, наставляя людей на истинный путь в ртом мире. Обитали тогда в одной пещере медведь и тигр. Они часто молились Хвануну, чтобы он превратил их в людей. Даровал им Хванун по стебельку полыни и по двадцать чесночин и говорит: — Съешьте это! Только смотрите не показывайтесь на солнце, пока пе минет сто дней. Тогда и превратитесь в людей. Съели они полынь и чеснок и стали прятаться от лучей солнца. Но на трижды седьмой день не сдержал тигр обета и так и не стал человеком. А медведь в положенный срок оборотился женщиной. Долго не было у женщины мужа. Приходила она что ни день к священному древу и молила духов ниспослать ей дитя. Хванун обернулся тогда человеком и взял ее в жены. Она вскоре зачала и родила сына, и назвали его Тангун-Вангомом. В год «тигра», на пятидесятом году царствования китайского правителя Яо, Тангун основал столицу в Пхеньянской крепости (ныне — Согён — Западная столица), а страну свою назвал Чосон. Затем перенес он столицу в Асадаль, что у горы Пэгаксан. Тангун правил страной полторы тысячи лет. Взойдя на престол в год «зайца», чжоуский Хуван пожаловал Цзицзы земли в стране Чосон. Тангун перенес столицу в Чандангён, воротился в Асадаль, а затем покинул мир людей и сделался горным духом. Было ему в ту пору тысяча девятьсот восемь лет. Отважные воины На седьмой год правления государя Тхрджон-Мурёля осенью, в девятый день седьмой луны, Ким Юсин и другие полководцы вывели свои войска пи Хвансанскую равнину, а там уже ожидал их воины Кебэк с пэкческой дружиной, потому что он успел загодя устроить три укрепленных лагеря в неприступных местах. Юсин и другие разделили войско па три отряда и двинулись в трех направлениях; они дали четыре сражения, но победы не одержали. Силы у воинов тияяи. Тогда начальник Хымсун призвал своего сына Пангуля и сказал: — Нет ничего для подданного выше верности, нет ничего для сына выше почтительности. Отдав жизнь в миг всеобщей опасности, ты навеки прослывешь почтительным и верным. Пангуль ответил: — Да будет так! — и тут же бросился на врагов и нал в схватке. Затем Пхумиль, начальник над левым крылом, призвал своего сына Кванджана, поставил пред бое-ш,щ конем и, оборотив его лицом к другим военачальникам, сказал: — Сыну моему едва сравнялось шестнадцать, но по духу он доблестный муж. Сумеешь ты показать пример трем воинствам в нынешнем деле? Квапджан ответил: — Сумею,— и один, надвинув забрало, на пол­ним скаку ворвался во вражеский лагерь, но был схвачен и доставлен к Кебэку живым. Кебэк велел снять с него доспехи и пожалел его юность и отвагу и не стал чинить ему зла. Он воскликнул: — Силла — неодолимый противник! Если юноши там таковы, каковы должны быть зрелые воины?! И он приказал отпустить его. Кванджан вернулся и сказал отцу: — Я был среди врагов и не смог ни одному их начальнику отрубить голову, не смог захватить их знамен, однако не потому, что я испугался смерти! Так сказал он, зачерпнул ладонью воды из колодца, напился и вновь поскакал во вражеский лагерь ради новой схватки. Кебрк отрубил ему голову, приторочил к его седлу и отправил коня его назад. Пхумиль взял голову — кровь с нее заливала ему рукава — и сказал: — У чада моего лицо словно живое, ибо счастлив тот, кто гибнет за государево дело! Три воинства силласких видели это, и зрелище потрясло их сердца; в смертной решимости ринулись они па врагов и победили. Кебэк пал в битве, а двадцать военачальников попали в плен.