Сказки народов мира

Закажи книгу, где твой ребёнок будет главным героем!

Африка Содержание

Сказки и мифы народов Африки

История об обжоре Калале.

Жил человек по имени Калала, и была у него жена, которую звали Калалату. Аллах создал Калалу таким, что он больше всего на свете не любил есть в одиночестве.
Раньше Калалала ел со своим соседом, но тот оказался человеком привередливым. Он говорил, что Калалату не умеет готовить мийю и всегда пересаливает ее так, что приходится разбавлять водой.
Когда Капала увидел, что злословие соседа перешло всякие границы, то перестал приглашать его. Он начал выходить на до­рогу в поисках путника, приводил его в дом, и они ели вместе. Калалату не одобряла эту привычку своего мужа, потому что, например, когда Калала резал двух кур, ей, Калалату, едва удавалось получить ножку, а все остальное съедали Капала и его гость. Она не раз пыталась помешать ему поступать так, но он не считался с нею. Поэтому часто, когда Капала велел жене что-нибудь сварить, Калалату сразу оставляла половину себе, а если муж упрекал ее, она говорила, что остальное сгорело, или объясняла, что на минутку отлучилась в дом за блюдом, а когда вер­нулась, увидела, что кошка уж съела половину. У нее находи­лось много объяснений, подобных этому, а Калана все терпел и ничего ей не говорил, потому что Аллах поспал ему большое терпение.
Однажды Капала раздобыл где-то денег и пошел на базар. Он купил двух кур, принес их домой и велел Калалату зажарить обеих кур сразу. Муж зарезал кур и ощипал их, а Калалата поставила горшок на огонь и начала жарить. Куры были жирные, и вытопившийся жир заполнил горшок. Когда Кала­лату поворачивала кур, жир выплескивался в огонь и шипел — чой-чой-чой. Калалату очень захотелось отведать курятины. Глаза у нее разгорелись, как у гиены, слюни потекли струей.
Она сунула в горшок мизинец, чтобы попробовать, достаточно ли соли, облизала его и почувствовала блаженство, разлившееся по всему телу.
— Ах, эти куры почти готовы! А уж как они вкусно приго­товлены,— воскликнула женщина.— Подумать только, что из такого количества курятины мне достанется не больше одной ножки!
Между тем куры продолжали жариться и запах все время дразнил ее. Она пыталась сдержаться, но не смогла и начала понемногу отламывать от одной курицы и есть, уговаривая себя, что только попробует. Когда же куры поджарились, Калалату съела уже почти полкурицы. Тогда она сняла кур с огня и по­шла сказать мужу, что они готовы.
Калала ответил:
— Хорошо, отломи одну ножку — это твоя доля. Остальное оставь, пока не подойдет какой-нибудь гость.Калалату сказала:
— Хорошо.
Она пошла, отрезала ножку, съела ее и помедлила, глядя на остальное, а жир капал и шипел — наш-наш. Калалату бросилась к входной двери и выглянула, чтобы посмотреть, не идет ли ее муж с гостем, до никого не увидела. Тогда она снова вер­нулась к блюду с курами и посмотрела на них. Потом сказала:
— Ах, смотрите-ка, два крылышка совсем зажарились. Дай-ка я отломлю их и у этой курицы, чтобы птицы выглядели одинаковыми и чтобы хозяин дома ничего не заметил.
И вот она отломила крылышки и тут же съела их. Потом она снова отошла к входной двери, посмотреть, не идет ли муж, и снова никого не увидела. Она вернулась к блюду, на котором лежали куры, и сказала:
— Ну что, придет когда-нибудь мой муж? Ведь куры начали уже остывать. А если муж сейчас придет и увидит эту бескрылую и безногую курицу, он ведь спросит меня, а что мне отве­чать? Самое лучшее — съесть курицу целиком, а когда он придет, я скажу, что ее утащила кошка.
И вот Калалату присела и съела всю курицу целиком. Потом собрала кости и выбросила их.


Продолжение »

 
Африка Содержание