В мифах мункан, как и в других австралийских мифах, отсутствуют прямые сформулированные в виде назиданий или поучений моральные установления или правила, регулирующие взаимоотношения людей. Мифы лишены моральной тенденциозности в развитии и завершении сюжетов. В них нет ни осуждения, ни одобрения поступков действующих лиц. Отсутствует довольно распространенный в фольклоре прием выражения отношения рассказчиков к происходящим событиям в виде конечного результата сюжета — победы доброго начала над злым, того, что считается правильным, над тем, что считается неправильным. Отсутствуют моральные оценки или характеристики действующих лиц (злой, добрый, хороший, плохой и т. п.). Видимо, это объясняется тем, что у создателей мифов мораль как совокупность идеологических отвлеченных представлений о добре и зле, о правильном и неправильном в сфере непосредственных отношений между людьми, как комплекс определенным образом сформулированных обязательных правил почти не развита.

Когда в начале 50-х годов студенты-востоковеды спросили основоположника советского корееведения профессора А. А. Холодовича, что он посоветует им прочесть  из корейской классики, профессор ответил: «К сожалению, пока ничего. Корейская литература оригинальна и интересна, но ничего из нее еще не переведено на русский язык». С тех пор прошло более двадцати пяти лет. Срок для знакомства с чужой литературой не такой уж большой, но за, это время усилиями учеников профессора А. А. Холодовича русскому читателю стали доступны и увлекательные средневековые народные корейские повести, и аллегории Лим Дже, и роман Ким Маиджуна «Сон девяти и облаках», и многие другие прекрасные памятники корейской словесности.
Данная книга знакомит читателя с самыми истоками корейского повествовательного искусства. Едва ли нужно говорить, что его начало следует искать в устной народной традиции, в древних мифах, преданиях, легендах и сказках. Это явление общее для всех литератур мира, несмотря на особенности путей развития каждой национальной культуры.

Корейская письменная традиция складывается в первых веках новой эры, когда па Корейском полуострове образовались три царства: на юго-востоке Силла, па юго-западе Пэкче и на севере — Когуре.  Правители этих царств ориентировались на образцы конфуцианской государственности, и, видимо, первое, что требовалось им для  утверждения  самостоятельности   страны,— собственное летописание. Так появились в IV веке «Записи о прошлом», составленные в Когурё, и «Исторические записи», написанные в Пэкче; в третьем корейском государстве — Силла — история страны начала составляться в VI веке.

В конце XIX — начале XX в. африканский фольклор на библиотечных полках нашей страны был представлен всего лишь несколькими книгами, имеющими сейчас библиографическую ценность. Затем, после более чем двадцатилетнего перерыва, появилось множество сборников сказок различных африканских народов, переведенных с европейских и африканских языков, собранных африканцами, записанных в СССР от самих африканцев и пересказанных советскими авторами.
Настоящий сборник задуман как антология африканского повествовательного фольклора, цель которой — познакомить читателя с многообразием мифологических и сказочных сюжетов, бытующих у самых различных народов, населяющих Африку южнее Сахары. Антология включает четыре раздела:
I. мифы легенды сказки о происхождении людей и животных, небесных светил и явлений, о происхождении смерти, о добывании огня и других культурных благ, о происхождении ремесел, общественных институтов и норм морали; топонимические легенды и сказки, объясняющие происхождение особенностей рельефа, и др.
II. Народные сказки о животных: сказки о трикстерах (хитрецах, обманщиках), этиологические сказки, объясняющие характерные особенности животных.
III. Волшебные сказки.
IV. Бытовые сказки, былички, басни. Фольклорные тексты, входящие в различные разделы, не следует рассматривать как нечто резко отличное одно от другого.
Так, мифы и сказки первого и второго разделов имеют очень много общего — общие герои, сюжеты, один сюжет как продолжение другого и т. п. Волшебные сказки многими своими чертами генетически связаны с мифами и мифологическими представлениями, послужившими основой для формирования символики чудесного в жанре волшебной сказки. Басни нередко представляют собой как бы сокращенный вариант той или иной сказки о животных или бытовой сказки, где основной акцент делается на морали, поучении, выводимом из поведения персонажей. Такое отсутствие строгой дифференциации, характерное для африканского фольклора (как и для всякого архаического фольклора), объясняется тем, что некоторые жанры устного народного творчества у африканских народов еще не сложились окончательно и представляют собой как бы архаические формы жанров мирового фольклора, давая тем самым прекрасный материал для изучения генезиса и тенденций развития устного творчества. Следует отметить, что согласно жанровому делению, принятому у самих африканцев, тексты  раздела нашего сборника (и частично тексты II раздела, в наибольшей степени сохранившие свои мифологические черты) противопоставляются текстам II, III и IV разделов как «истинные» истории — «вымыслу», что подтверждается и этимологией африканских терминологических названий для обозначения фольклорных жанров. Одной из своеобразных черт африканского фольклора является его архаика, что выражается, в частности, в мифологичности африканского фольклора. Мифы не только бытуют как самостоятельный, живой жанр (мифы как привилегия определенных возрастных групп, сакральность мифов, связь мифов с соответствующими обрядами и т. д.), но мифологические представления являются доминирующими (хотя иногда и в несколько модифицированной форме) для африканского фольклора в целом. При этом имеется в виду не количественное соотношение мифологических текстов со сказочными и пр., а тот факт, что мифологические представления пронизывают почти все жанры африканского фольклора, составляя основу в первую очередь таких жанров, как сказка о животных и волшебная сказка. Народы, населяющие Африку южнее Сахары, прошли разный исторический путь, что не могло не отразиться на уровне развития их общественных и социальных отношений и их идеологии. Устно-поэтическое творчество различных африканских народов, и в первую очередь традиционные мифологические и религиозные представления, косвенно отразили особенности, характерные для различных уровней социальноэкономического развития этих народов. Так, если в силу исторических условий одни народы (такие, например, наиболее отсталые африканские народы, как бушмены Южной Африки) сохранили в большей мере очень древние мифы и предания, соответствующие первобытнообщинной стадии развития общества (например, тотемические представления), то у других народов мы находим и сравнительно поздние представления, характерные для более высокого уровня социально-экономического развития, сложившиеся в эпоху расцвета средневековых африканских цивилизаций и позднее. В частности, у народов банту Межозерья, у йоруба Западной Африки, у хауса, эдо и некоторых других обнаруживаются сложные мифологические системы, целые мифологические пантеоны богов и богинь, полубогов и духов, связываемых с той или иной областью природы, человеческой жизни и культуры.

Русские народные сказки

Русские народные сказки, это всегда выражение обострённого чувства справедливости. Это мечта о мире, где нет зла и подлости. Где добро, в конце концов, побеждает, а главный герой, который зачастую бывает дурачком все-таки, не смотря ни на что, обретает своё счастье. Русская сказка, это мечта об ином мире, об ином обществе в котором возможно то, что невозможно на самом деле. Это своеобразное бегство от действительности, фантазии на тему того, как хорошо могло бы быть и, конечно же, обязательно где-то и есть, ведь не может же так быть, что бы не было нигде!

Сказки о животных

Так как в том мире, в котором мы с вами живём, нормальная и счастливая жизнь, в естественных условиях абсолютно невозможна то, и особенно, в Русских  сказках о животных, на помощь главному герою, в ответ на проявленную им доброту, приходят всевозможные зверушки. Конечно, ведь люди добром не отплатят, только на животных уповать и приходится, в своих мечтах о справедливости и всемирном благополучии.

Любимые сказки

И учитывая всё вышесказанное, конечно же, самые любимые народные сказки это те, где происходит - чудо. Ведь только чудо может помочь хорошему человеку выжить в этом божественном мире абсолютного дерьма, где выживают и хорошо живут, исключительно бесчестные и подлые.

Поучительные сказки

"Ах, как хорошо бы было, если бы на добро отвечали добром, если бы в этом мире царствовала справедливость? И почему же её нет? А  вот видимо потому, что мы сами как то не так живём, как то не так себя ведём. Вот если бы мы вели себя по-другому то, конечно же, было бы всё иначе" - Так думают несчастные и обездоленные, и придумывают поучительные сказки, в которых пытаются научить своих детей жить не так как надо, а так как - "бы", для того что "бы" было "бы". Такие сказки называются поучительные. Правда, эти поучения годятся лишь для мира сказок, а не для мира реального.

Мудрые сказки

Не знаю, кто назвал сказки мудрыми. Видимо тот, кто мыслит в тех же границах интеллекта. Можете полазить на этом сайте, где представлены народные сказки Африки, Австралии, Индии и посмотреть, насколько они мудры. Лично я содрогался от отвращения, когда ставил их на свой сайт. Как-нибудь я подсчитаю сколько раз, в этих мудрых сказках упоминается слово "убить", "зарезать", "отрезать голову" и так далее. С моей точки зрения, народные сказки это квинтэссенция мерзости, подлости и уродства. Но вам, конечно же, виднее.

Русские народные сказки»